Альфред Планьявский и его правда о контрабасе 9 часть

Violon — cello

Название «виолончель» произошло от общего названия — «виолоне». С позиций этимологии конструкция новых понятий выявляет несоответствие корней, хотя конечно имеются примеры для их возможного сосуществования в

разговорной лексике прошлых времен. В нашем случае речь идет о новом названии для «Bassvioline». Маленький бас-гайге (скрипичный инструмент), фонетически произносимый «виолон-челло», называют «маленьким виолоне», хотя виолоне гамбовый инструмент. Таким образом, языковый результат: «маленькая большая виола» соответствует, логике и инструментальной реальности Clarin-ette oder Oper-ette, и т.д. Присутствие с 16 века басовых гайге скрипичного семейства, конечно, установлено, но некоторые изобразительные документы ставят вопросы. Насколько эти скрипки, представленные со способами игры характернымим для гамбы, действительно бас-гейге. Или, все же, основываясь на их преимущественно небольших объемах корпуса, они относятся к инструментам скорее тенорового или альтового диапазона звучания. Преториус упоминает «Bass Viol de Braccio», настроенные C-G-D-A, и изображает пятиструнный «Bas-Geig de bracio». Однако тщетно искать в тексте автора эти названия, из чего можно заключить об их малом участии. По поводу выше упомянутого «виолоне» речь может идти о гибридном типе инструмента, который был снабжен пятой (контрабас) струной, но имел объем корпуса, который позволял использовать приемы игры как на виолончели. Этот инструмент ошибочно называют виолоне.

Инструментарий и его номенклатура (наименования) изменяются около 1700 года под влиянием частичной реорганизации романской церкви и придворных капелл. Традиционные понятия, такие как «бас-гайг» или «бассе де виолон», используются в первых изданных музыкальных словарях и для больших, и для маленьких струнных инструментов. Так, Себастьян де Броссард в 1703 году, показывая виолончель в иллюстрациях музыкального словаря, на странице «виолоне», представляет оба инструмента как «basse de violon». Из-за

накликанной уже Джамбом де Фер опасности использовать оба несовместимых понятия без различения их, возникают новые возможности запутывать вопрос. Именно это и показывают следующие примеры. Броссард, как и другие авторы, приходит к определению обоих инструментов «бас-гайге» как «бас-виолини».

Стефан Бонта принципиально переводит слово «Bass-geige» как «Bass violin», без установления его действительной семейной принадлежности на основе глубокого исследования. Брюн (стр.13) ссылается на Броссарда и полагает, что контрабас это большая скрипка, как по своему историческому развитию, так и по исполнительской технике. Разумеется, оба автора упускают при этом, что Броссард трактовал «басс-гайге» вполне корректно в смысле обычных немецких наименований.

Иоханнес Лошер (MGG Violone, Sp.1707) полагает, что из перевода Броссардом

итальянского термина можно сделать даже заключение о двойном значении «виолоне»: «Броссард… указывает в качестве эквивалента виолоне как французский 8-футовый бас (со звуком В1 нижней струн — Л.Р.)), так и контрабас». Здесь Лошер заблуждается, поскольку у Броссарда виолоне, и только виолоне, обозначается однозначно: «notre Basse de Violon, ou pour mieux dire, c’est une Double Basse». Лошер полагает, что Броссард использует в своих определениях формулировки, такие как «pour mieux dire» (точнее) или «veut dire» (означает), с очевидным уточнением понятий, а не для двух р а з н ы х инструментов (vgl. Bassetto. veut dire Petite Basse). Наконец, от Броссарда идет меткое наименование «violinista». Не обращая внимания на семейную принадлежность, он использует его как для скрипок, так и для виол: «veut dire un Homme qui fcait jouer du Violon ou de la Viol, que nos Francois nomment communement Violon» (имеется в виду человек, умеющий играть на скрипке или виоле, которую французы называют скрипкой). Таким образом, «виолониста» играет или на «виолон», или на «виоль», в смысле «гайг-инструменте». Ни в коем случае речь не идет здесь о «виолоне».

В первой части статьи (ст.24) я уже указывал на огромное воздействие скрипичных сонат Корелли, в которых бас всегда исполняет виолоне. Уникальный успех этого сочинения важнейший довод в исследованиях, уже более двух столетий утверждающих виолоне как контрабасовый инструмент.

В Англии скрипичные сонаты Корелли исполняются уже по нескольким печатным изданиям с сопровождением гамбы и чембало. В 1729 году Обадиа Шуттлеворфом обработаны Ор.5/1 и 11, «как концерты» (VGG 15, 2006, Sp.712). Удивляет, что двумя поколениями позже Корелли адвокат и виолончелист-любитель сэр Джон Хевкинс (10) предположил, «что под названием виолоне раньше подразумевался тот инструмент, который теперь мы называем виолончелло». Он обосновал это ошибочным заключением, поскольку оценивал как авторитетный документ английское переиздание произведений Корелли, в котором голос виолоне передан виолончели. Михаель Тальбот в статье о Корелли принципиально трактует ВИОЛОНЕ и ВИОЛОНЧЕЛЬ как идентичные инструменты. (NGrove 1980).

Партия виолоне остается партией виолоне, даже если она исполняется с виолончелью. Предположение Хевкинса позднее стало доказательством возможных изменений наименований инструментов. Среди многих, относящихся к данному вопросу статей я упомяну итальянского виолончелиста

Лауро Малюси (11). Он цитирует письмо Корелли от 1697 года, при этом превратно истолковывает итальянские сокращения. Вместо «violone p(er)che spero che habbi a fare buonissimo effetto» Малюси переводит «vilone p. (probabilmente intende ‘piccolo’)». Корелли не употреблял обозначение «маленький виолоне», напротив, «Р» очевидно поставлено для «perche» (weil).

Семьдесят лет спустя английский виолончелист Дэвид Уоткин (12) использует перевод Малюси, не оговаривая и не принимая во внимание опубликованные современниками источники. Бисмантова, Броссард, Бонанни, Муффат

или Й.Й Фухс характеризуют виолоне однозначно как гамбовый КОНТРАБАС. Уоткин игнорирует это, поскольку для него мнение Стефана Бонты «представлено в высшей степени убедительно», соответственно виолончель предстает здесь как «особый тип виолоне» (little-big-viola). (Стр.646).

Из платежной ведомости этого времени (в Риме) мы узнаем, что названия инструментов иногда изменялись и упорядочивались по-новому. Новая организация оркестра кое-что заметно изменила в составе инструментов,

в их названиях и в формулировках. Противоречивые наименования около 1700 года искушали на спекуляции. Йоханнес Лошер использует предположения Хэвкинса в вопросах о виолоне и приходит к утверждению, «что виолоне однозначно принадлежит к скрипичному семейству, исходя из перевода названия на английский язык, в котором речь идет о bass violin». (MGG Violone Sp.1708). Это не что иное как признание иного состава инструментов в одном из переизданий произведения (в другой стране и часто десятилетия спустя после написания самой музыки) как подтверждение о р и г и н а л ь н о г о состава. Так же и Томас Дрешер (MGG Violoncello, Sp.1687) полагает: это «факт, что оба обозначения (виолоне и виолончель — Л.Р.) использовались параллельно в Италии до первых десятилетий 18 века и отличались от контрабаса». Конечно, это спорно в виду противоречия примеров. Подобная констатация, если речь идет «об инструменте того же регистра звучания, но различной величины корпуса», оставляет открытым вопрос, зачем для инструментов одного и того же регистра звучания делают корпус разной величины? Напротив, последнее характерно как раз для многочисленных типов контрабасов, тем более, что благодаря формам корпуса они позволяют играть в положении стоя. Это подтверждается с 16-го столетия такими обозначениями как Halbviolone, Violone grande, а позднее — Kirchenbass, Kammermusikbass и т. д., так же и изобразительными примерами. Тезис о виолоне, являющимся собственно виолончелью, обосновывается Дрешером цитатой из итальянской редакции предисловия к «Armonico Tributo» (DTO X1/2, Bd.23) Муффата, где на странице 118 действительно использовано комбинирующее определение «Contrabassi e Violoni», которое позволяет сделать вывод о контрабасе и виолончели. Однако, тот, кто цитирует этот источник, не должен игнорировать факт, что Муффат во всех своих произведениях и всегда говорит о «Violone o Contrabasso», говорит об «использующемся в данном месте виолоне, всегда и

без исключений отличая его от «Violoncino». «Виолончино» означает у Муффата не «маленький виолоне», но всегда «маленьий бас-гайг»! Далее Дрешер ссылается на Х.Й.Маркса (1968), согласно мнению которого в Риме «постоянно различали виолоне и контрабасы». Это замечание требует поправки. Бонта, и Уоткин выискивают исполнителей-виолонистов, которые в Риме после 1700 г. действительно считались виолончелистами. Но делать правильные выводы из этого можно только тогда, когда подобное сопоставление будет отнесено и к виолонистам, которые позднее стали называться контрабасистами. Именно так устанавливается совсем другое положение вещей! По моим подсчетам из 54-х названных в перечне исполнителей-гайгеров в капелле Оттобони времени Корелли 37 играли исключительно на виолоне, только 9 — на контрабасах и 8 — меняли оба инструмента (BKbV,1998, S.84). Очевидно, здесь в исполнении участвовали в большинстве инструменты типа виолоне, среди которых несколько были настроены ниже. Впрочем, со времени Ганасси и в ранних музыкальных словарях они были дифференцированы. Тенденция расширять звучание нижнего регистра итальянских виолоне видна из имеющихся данных. Например. Виолоне римского музыканта Д. Аннибале в 1681 году был снабжен струнами с металлической обмоткой. Можно сделать вывод, что его виолоне был контрабасом. (vgl. Dazu BKbV. S.84).

Как упоминалось, виолоне Корелли, изображенный Филиппо Бонанни (см.Илл.1), точно так же как на обоих гравюрах из Оттобони-театра от 1727 и 1729 гг., это — контрабас. И без виолончели. (BKbV.Abb.41, 42). Различие между виолон- и челло- проявляется далее из того факта, что Корелли играл не только на скрипке, но также на «viola, violetta, e violone o violoncello», о чем сообщает Ст.Ла Виа (13) Неточности при переводах понятий неизбежны. Бросается в глаза только, что в сомнительных случаях это чаще всего идет в ущерб контрабасу, поскольку его историческая роль «нотариально» не подтверждается. Так Уоткин перенимает у Х.Бурнетта (14) неточно переведенное высказывание Муффата, которое существует затем в англо-американской литературе как фальшивая цитата. Версия Бурнетта гласит: «Чтобы хорошо играть на басу, лучше использовать маленький французский бас, который итальянцы называют виолончино». Однако эта цитата в оригинале выгляди так: «К басам необходимо отнести маленький Bass-Geigen, который иностранцы называют виолончино». Собственно маленький бас-гайге должен нотироваться исключительно в строе виолоне и выполнять функции виолоне в басовом голосе СОЛО-ТРИО. Подобным же образом Мотет «Ave Maris Stella» Доменико Габриели должен исполняться в 4 голоса с органом, виолоне и виолончелью (BRbV.S.71).

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.